Если только у нас будет вера

Шри Матаджи

Я помню, как в конце июля 1982-года мы отправились в поместье Каули, недалеко от Челтнема, чтобы организовать там семинар. Мы немного нервничали, потому что никогда до этого этим не занимались, но Мать, как всегда, значительно облегчила нам задачу. Я не думаю, что люди в тех местах до конца осознали, что именно их поразило после нашего приезда, потому что они никогда не видели ничего подобного. Я никогда не забуду, как сразу после слов Шри Матаджи о том, что нужно провести хаван, сахаджа-йоги тут же повсюду забегали в поиске всего, что можно было использовать для хавана, например, барбекю для очага. Когда администрация поняла о том, что происходит, она была не совсем довольна. Нас спросили, что мы собираемся делать, и мы ответили, что устраиваем вечеринку.
- Ни в коем случае, - возразили нам, - вы не должны разжигать огонь.
Помню, я подумал: "О нет! Что скажет Мать?" Набравшись смелости, я подошел к ней и сообщил эту новость.
- Мы должны провести хаван, - сказала она приятным, но немного напористым тоном. - Пойди и скажи им об этом.
Сглотнув, я подумал, что момент настал. Впервые в жизни мне нужно было жестко заявить о своей позиции. Для многих, возможно, это казалось бы мелочью, но для меня это было подобно восхождению на скалу. Я пошел к администратору, взяв с собой нескольких сахаджа-йогов для моральной поддержки.
- Хаван является очень важной для нас церемонией. Не могли бы вы предоставить нам отделенное место, где мы могли бы безопасно развести небольшой костер? - спросил я. Голоса нескольких сахаджа-йогов сочувственно меня поддержали.
- Хорошо, - сказал администратор.
Я был полностью ошеломлен и не мог поверить в то, что он так легко передумает. С переполненными радостью сердцами мы вернулись к Шри Матаджи и сообщили ей новость. Лучезарная улыбка необычайной красоты, наполнившая мое сердце, засияла на лице Матери и в ее глазах. Она подняла свой палец Вишудха-чакры и направила его в мою сторону.
- Вот. Понимаешь? - смеясь, спросила она. Это стало для меня большим уроком, за который я бесконечно благодарен, потому что он был поворотным моментом в моей жизни. Мы, действительно, можем свернуть горы, если у нас будет вера.

Алан Хендерсон

Преображение Богини

В те первые дни, проведенные со Шри Матаджи, было так много необычных моментов. Иногда она так мастерски погружала нас всех в свою майю, или "игру", что, действительно, можно было полностью расслабиться и погрузиться в ощущение, будто находиться в ее компании является самым обычным и естественным опытом. Казалось, будто совершенно нормально болтать, шутить и даже смотреть с ней телевизор, пить кока-колу и есть самсу. Но были и другие ситуации, когда в одно мгновение она становилась Богиней и вызывала глубочайшее чувство полного смирения, благодарности и благоговейного ощущения, что мы находимся в присутствии божественной личности.
Однажды мы рассматривали несколько ранних фотографий с Матерью. Мы нашли очень трогательный портрет, сделанный еще в начале 1970-ых годов. Это было красивое черно-белое фото. Я отметил, что это была прекрасная фотография, на которой Мать стояла в белом сари.
- Это фото было сделано после того, как я открыла коллективную Сахасрара-чакру. Я даже выгляжу немного грустной, - сказала Шри Матаджи.
Мы с Даньей замолчали и ждали, что она скажет дальше. Она стала очень задумчивой.
- На этом фото я выгляжу очень серьезной. В то время я даже перестала есть и немного похудела.
Затем Мать продолжила:
- Я с рождения знала, что являюсь божественной, и моя работа в том, чтобы спасать и поднимать это потерянное человечество.
Мы с моей сестрой Даньей стали осознавать, что от обычной беседы о фотографиях перешли к сидению у стоп Ади Майи.
Затем Шри Матаджи поделилась своими впечатлениями, вызванными созерцанием коллективной Сахасрара-чакры человечества. Она сказала, что до того, как это случилось, она всегда была уверена, что сможет, когда придет время, найти способ выполнить работу по спасению всех нас. Она рассказала нам обоим, что только когда заглянула внутрь коллективной Сахасрары и увидела там искривленные и запутанные нади, которые раскрывали все проблемы человеческого существования, только тогда она поняла, насколько тяжелой будет работа, и насколько сложной и ущербной стало человеческое общество. Именно эмоции осознания стоящей перед ней огромной задачи отразились на ее лице на той ранней фотографии.
После этого ни я, ни Данья ничего не могли сказать. Мы только могли сидеть в тишине, испытывая глубокую благодарность за удивительное сострадание Матери, за ее способность брать на себя непосильное бремя, чтобы все мы смогли превзойти себя и жить лучше.

Калеб Уильямс

Мы работали над домом, а Мать работала над нами

У Уильяма Блейка есть такая строчка о Бромптон-сквере в его пророческом произведении: "Куда ушли те золотые строители?" Отсюда появилось название строительной фирмы сахаджа-йогов "Золотые строители". В Бромптон-сквере мы работали над ремонтом дома, а Мать работала над нами.
Я очень долго сдирала с деревянных дверей краску при помощи паяльной лампы, после чего покрывала те же самые двери перуанской, коричневато-красной протравой для древесины. Я делала много работы по остеклению, так как в доме было множество дверей, выполненных из небольших кусочков стекла. Мне очень нравилось работать со шпаклевкой, наверное, я никогда не забуду запах льняного масла, когда Мать показывала мне, как наносить его. Она делала все идеально с первого раза.
Люди, работающие по контракту, не впитывали вибрации. Они обычно что-то вытворяли непонятное или просто сбегали. Все дело было в том, что надо было сделать точно так, как говорила Мать, не спорить с ней и ни в коем случае не говорить:
- Наверное, у меня это не получится.
Однажды Мать попросила меня поклеить обои. Это были очень дорогие обои, я отказалась, сказав:
- Я не знаю, как это делать, я все испорчу.
Мать сказала, что моя проблема в том, что я не позволяю ей поработать через меня. После того, как я отказалась, за эту работу взялся другой человек, по-моему, это была Кей Макхью из Австралии или Данья Мартоглио. Она просто отдалась на волю Матери в своем сердце. Она тоже никогда раньше не клеила обои, просто сказала: "Мать, Вы все делаете". Обои были отлично наклеены. Арун Гоел сказал мне, что в Пратиштане с ним случилось то же самое, там он был одним из архитекторов.
Кроме того, Мать, казалось, ничего не понимала в сложной проводке или водопроводе. Но когда кто-то сдавался и говорил, что не может выполнить работу, тогда Мать очень спокойно советовала ему то одно, то другое, и, в результате, решение находилось.

Линда Уильямс

Это было определенное обучение

В те времена сахаджа-йогов все-таки было мало. И мы опасались от публичных программ того, что потом люди для закрепления результата приходили к Гевину, где Мать могла поработать над каждым из них индивидуально и дать больше своего внимания. И малоприятным при этом были их блокировки.
Вы знаете, после участия в программах у меня болела голова. Спустя какое-то время, когда мы уже набрались опыта, то могли точно сказать по тем или иным блокировкам, от какого ложного гуру пришел новичок. Определяя блокировки, начинаешь накапливать опыт.

Джамель Метури

После одного такого случая Мать сказала мне:
- Чем это ты занимаешься?
- Просто работаю над этими людьми, Мать.
- Ты не должна в это вовлекаться!
И затем ей пришлось поработать уже надо мной, поэтому это был важный урок. Не имело значения, в каком состоянии были люди, просто не нужно принимать все это слишком близко к себе. Так что не только мы помогали Матери, но и она нас самих приводила потом в норму. Это очень походило на обучение. Вначале нам давалось очень мало, а затем она передавала все больше возможностей, изменив впоследствии всю организацию работы.

Маурин Росси

После программ в Кэкстон-холле она пыталась собрать у себя в квартире побольше сахаджа-йогов и новичков, чтобы поработать над ними. Она постоянно выражала свою заботу и одинаково относилась к каждому, будь он искатель или нет. Если кто-то к ней приходил, то она считала своим долгом над ним поработать. Она всем дарила свою любовь, но всегда, конечно же, особенно благоволила к тем, кто думал о коллективе, о целом.

Джамель Метури

Она пригласила всех нас

Впервые я встретился со Шри Матаджи на своей первой публичной программе в доме доктора Джонсона в Бирмингеме в декабре 1978-го года. Я ничего не помню из лекции, но потом кто-то поработал надо мной, и я был поражен тем, что у меня совершенно не было мыслей. Я был довольно напряженным человеком, который постоянно думал и повсюду суетился. Я происхожу из совершенно атеистичной семьи, но, тем не менее, когда тот человек, который работал со мной, сказал мне подойти к Шри Матаджи и поклониться ей, я просто прошел вперед по залу и опустился на колени у ее ног, а она похлопала меня по спине.
- Да благословит тебя Бог, - сказала она. Я был в состоянии полного счастья и блаженства.
Шри Матаджи беседовала с Балой Канейсоном об окрестностях: о Бирмингеме, о Тамворте и о Ковентри. В то время я жил в Бирмингеме и посещал Ковентри лишь один раз.
- Нам определенно нужен центр в Ковентри, - сказала Шри Матаджи.
Десять лет спустя я спонтанно переехал совсем недалеко от Ковентри, и тогда мы, действительно, организовали там программы и создали центр.
На программе в доме доктора Джонсона было, наверно, около сотни человек. Мать пригласила всех нас на следующую программу, которое состоялось на следующий день, в воскресенье, в доме Балы Канейсона в Тэмворте. Мы с женой пришли, и в комнате было около пятнадцати человек. Мы все расселись по углам комнаты, прислонившись спинами к стене.
- Ты должна простить своего отца, - сказала Шри Матаджи одной девушке. Она расплакалась.
Я был поражен и подумал: "Откуда Шри Матаджи узнала, что у этой девушки были проблемы с отцом?"
- Ты можешь не любить своих родителей, но ты должна уважать их, - сказала Мать ей.
Затем в дверях появился парень. Он что-то сказал Шри Матаджи, и она спросила, как зовут его гуру. Он назвал имя.
- Да, он является просветленным, - ответила она, и я снова удивился тому, что она могла это узнать только по имени гуру. Так что я понял, что она получает информацию на другом уровне. Затем она спросила парня, что рекомендовал ему гуру, и он ответил, что он должен погружаться в медитацию, спрашивая: "Кто я?" Шри Матаджи ответила, что это правильно, но ему нужно что-то еще. Она попросила его подойти к ней и нарисовала красным кумкумом на его ладони крест, а на лбу поставила бинди.
Я сидел, прислонившись к стене, а Мать сидела на кресле напротив меня. Я недавно приобрел часы и, пока Мать говорила, неосознанно забавлялся своими часами. Мать не вела обычную лекцию, она просто говорила на разные темы. Вдруг она замолчала и попросила меня дать ей мои часы. Я снял их и отдал ей.
- Бхуты! Они, как мухи, находятся повсюду, - объяснила она. Она сделала над часами несколько банданов, а затем вернула их.
- Вот, - сказала она, и я каким-то образом почувствовал, что все в порядке.

Джон Ферт

Гнев Шри Ганеши

Жарким и сухим летом 1976-го года в Великобритании Шри Матаджи рассказывала нам, что такая необычно жаркая погода была вызвана гневом Шри Ганеши на тот космический рейд, который американцы отправили на Марс. Она объяснила, что космический корабль несет грубые вибрации создавших его людей, и эти вибрации будут загрязнять Его планету Марс. Шри Матаджи при этом добавила, что она пыталась убедить Шри Ганешу простить тех, кто это сделал, и перестать нагнетать обстановку.
Но в тот момент мы были довольно категоричными и высказались, что полностью согласны со Шри Ганешей и считаем, что Он должен продолжать наказывать. Шри Матаджи в ответ просто улыбнулась нам.
Затем мы отправились в поход, уверенные в том, что Шри Ганеша обеспечит для нас хорошую солнечную погоду, но в первую же ночь пошел проливной дождь. Через наши палатки стала обильно протекать вода, так что мы провели ночь, сидя в машине.

Пэт Энслоу